Московский международный открытый книжный фестиваль
Блог
07 ноября 2007
Вчера я имела приватную болтовню о кинобизнесе с Александром Гавриловым,...
комментировать   уже 1
05 ноября 2007
Сидела-сидела на работе в интернете, и совсем уже было собралась...
комментировать  
02 ноября 2007
Воспользуюсь-ка я служебным положением на одной из своих основных служб...
комментировать  
Московский международный открытый книжный фестиваль
08 июня 2007   День первый - часть 1

Как и в прошлом году, утро началось с после-пре-партийного похмелья и сонного благодушия. Гости, читатели, участники и фотографы сползлись в ЦДХ к 12-00, но на мероприятия не торопились, а зависали в гамаках. Выяснилось, что на фестиваль стоит ходить уже за тем, чтобы быть в курсе того, что куда перенеслось. Например, ролевая игра по "Хроникам Нарнии" перенеслась с сегодняшнего дня на 18-30 12-го июня.

Светило солнышко, человек около кофейного павильона выкрикивал в воздух: "Конфеты! Конфетки! Конфетки в банке! Меняем барахло на конфетки!" - то ли оттого, что действительно менял всякое барахло на конфетки, то ли просто от хорошего настроения. Сразу после этого я наткнулась на поэта-депутата Евгения Бунимовича в белоснежном костюме, который против своего обыкновения не давал интервью, а разговаривал, а интервью давал рядом с ним вовсе какой-то человек, который говорил: "Москва, в сущности, такой мегаполис...".

Послушав про Москву, я отправилась слушать молодых писателей-фантастов. Речь шла о том, почему молодежи, подвизавшейся писать про колдунов, оборотней и вампиров, как Пелевин, полезно и неполезно участвовать в сетевых конкурсах. Полезно - потому что они учатся оттачивать мастерство на маленьких текстах; неполезно - потому что они привыкают писать рассказы только в том случае, если за них можно срубить бабла на конкурсе, а по велению сердца писать уже не хотят.

Писателя-фантаста всегда видно издалека, потому что он больше похож на писателя, чем , скажем, поэт Бунимович в белом костюме. Так и должен выглядеть настоящий писатель: волосатый, в джинсах, всклокоченный, с рюкзаком... Василий Владимирский, появившийся в павильоне позже, тоже выглядит как настоящий писатель-фантаст, даром что он-то как раз издатель: в "Азбуке" он ведет молодых авторов, которых люто ненавидит и обычно ограничивается первыми 20 страницами присланной нетленки. Отношения у фантастов и их издателей, к слову сказать, нелегкие. На вопрос из зала, какие книжки, кроме фантастики, читают фантасты, Владимирский громовым голосом сказал: "Да они и фантастику-то не читают!" - после чего огласил свой спич про первые 20 страниц и про то, что если молодой автор начинает сразу с романа, то роман этот дрянь. В ответ один из фантастов рассказал, что в неком крупном издательстве есть штат людей, которые за 100 рублей читают поступающие рукописи и дают общее заключение: таким образом издательство бережет нервы своих редакторов.

На том и порешили. Я вышла на улицу; там бродили люди с камерами и фотоаппаратами, которые выстраивали замысловатые композиции из девушек в серебряном и золотом и случайных прохожих. В кои-то веки никто им не мешал, не резал кадр, не вклинивался с комментариями. Мимо меня прошла женщина в летах, говорившая другой такой же женщине: "Там такая хорошая полка - на ней стоит Шишкин, Улицкая и мамина книжка, только я ее еще не прочитала". Хочется думать, что "мама" в данном случае - как минимум Петрушевская.

Потом бодрым шагом во дворик ЦДХ ворвался Псой Короленко, у которого через полчаса начинается литературная дискотека для детей. Его подвели к мальчику в рыжей футболке и сказали: "Это Павел, сейчас он скажет, что надо делать". Мальчик приготовился, все мы навострили уши - и тут Псой сказал: "У меня есть несколько презентаций в формате PowerPoint..." Здесь я испугалась и ушла. Мне кажется, таких слов от Псоя не слышал еще никто, даже его самый первый работодатель, если он существовал. Мне кажется, после таких слов можно усомниться в народном акыне и потерять веру в живительную силу сымпровизированного вопля. Мне кажется, таких слов лучше не слышать. Сама не понимаю, зачем я вам это рассказала. Теперь и вы потеряете веру.

Знаете что, идите-ка вы лучше прямо сейчас к открытой сцене, с которой Псой уже вещает что-то в своем формате: нежным голосом рассказывает, какая у русской классики душа, а потом заявляет, что это шутка. Роняет синтезатор и что-нибудь разбивает. Клокочит себе волосы и раздувает живот. Словом, ведет себя как настоящий Псой, а не Павел, Который Скажет, Что Делать. Вот и я туда сейчас пойду. До связи.

Комментарии
имя email
English
Патронат
Правительство МосквыФедеральное агентство по печати и массовым коммуникациям